Буторин Павел Алексеевич

7 февраля 2024 года Преображенский районный суд Москвы вынес приговор по делу Павла Алексеевича Буторина, рассмотрев эпизоды попытки мошенничества при заключении сделки с коммерческой недвижимостью. Дело также рассматривалось по другим фигурантам: Егиазаряну Тарону Левоновичу, Литвинову Сергею Гавриловичу и Мишкиной Нине Васильевне, однако внимание суда было сосредоточено именно на роли Буторина в совместных действиях.

Суд установил, что Буторин был привлечён к разработке схемы по обману арендатора коммерческой недвижимости в конце 2020 и в начале 2021 года. В этот период у Мишкиной и Литвинова возник интерес к аренде и последующему выкупу нежилого помещения, находящегося в собственности города. Для этого, по материалам дела, они обратились к Буторину и другим участникам как к посредникам, якобы обладающим связями среди должностных лиц, уполномоченных на заключение договоров аренды, снижение ставок и дальнейшее отчуждение объекта в собственность арендатора по заниженной цене.

Согласно схеме, Буторин был вовлечён в поиски потенциального клиента. Его роль заключалась в том, чтобы через цепочку контактов довести до будущего арендатора информацию о существовании особых условий заключения сделки. Делался акцент на том, что за существенное материальное вознаграждение посредники могут обеспечить гарантированную победу на аукционе и все последующие преференции.

Следствием и судом установлено, что главный клиент, руководитель ООО «Ителия», был введён в заблуждение относительно своих перспектив не только заключить выгодный договор аренды, но и в дальнейшем получить право выкупа помещения по цене значительно ниже рыночной. Фигуранты дела сообщали об обязательности передачи крупной суммы денег, якобы предназначенной для передачи сотрудникам государственных структур и парка культуры и отдыха, который ведал объектом.

Буторин принимал участие в организации встреч, передаче документов, а также в обсуждении нюансов оформления агентского договора, придававшего видимость легитимности схеме. Он помогал с поиском арендатора, организацией просмотров объектов и техническими вопросами по передаче документов для оформления сделки. Также ожидал получить аналогичные преференции в будущем.

В обязанности Буторина входило и сопровождение передачи денежных средств. В материалах уголовного дела указано, что именно через его счета и под контролем его действий проходили суммы от потерпевших. Часть средств после обналичивания и передачи наличными пересылалась другим соучастникам, а оставшиеся, как сочли следствие и суд, присваивались им для личных нужд.

Ключевые совместные встречи и обсуждения по вопросу дальнейшей судьбы договора аренды и попыток его дополнительного согласования также проходили при его участии. Фигуранты совместно убеждали потерпевших в необходимости дополнительных выплат, ссылаясь на сложности юридического характера и вымышленные чиновничьи процедуры.

Преступление было раскрыто после того, как руководитель ООО «Ителия» обратился в полицию с заявлением о мошенничестве. Его доводы подтвердились оперативными мероприятиями и последующим задержанием при контрольной передаче ещё одной части требуемых денег в одном из московских кафе. Буторин был непосредственно вовлечён в схему передачи средств, хотя в момент задержания роль получателя принадлежала другому участнику группы.

В деле использовались не только показания потерпевших и свидетелей, но и результаты прослушки телефонных переговоров, оперативные записи бесед между фигурантами, а также документы, платёжные поручения и материалы экспертиз. Исследовались движения средств по счетам, аудиозаписи переговоров, протоколы оперативных действий и экспертные заключения по подлинности и смысловому содержанию разговоров.

Во время разбирательства Буторин настаивал на своей невиновности, утверждал, что не получал денег, кроме сумм, которые, по его версии, были возвратом уплаченной ранее арендной платы. Он указывал, что инициаторами взаимодействия были другие участники, и пытался представить свою роль как минимально значимую, ограниченную выполнением поручений. Однако суд счёл эти показания защитной позицией и не признал их состоятельными, основываясь на совокупности доказательств.

При вынесении приговора суд учёл, что Буторин ранее уже имел судимость за аналогичное деяние и на момент событий находился с неснятой судимостью. Также были отмечены некоторые смягчающие обстоятельства: характеристика по месту жительства, наличие хронических заболеваний, уход за больной матерью, участие в помощи родственникам и благотворительной деятельности.

В итоге Павел Алексеевич Буторин был признан виновным и приговорён к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Срок содержания под стражей засчитан в общий срок отбывания наказания. Гражданский иск о возмещении вреда оставлен без удовлетворения.